Боярская, Раппопорт и Полозкова читают любовные письма обитателей питерских домов

Посмотришь новости, нырнешь в соцсеть, пройдешь по улице, ответишь телефонному мошеннику — вдруг ощутишь вокруг себя сплошную злобу. Все такие нервные. Подумаешь: чего всем не хватает? А ответ простой — любви. Хотя, казалось бы, в любом ток-шоу только про интимное. Топ новостей все время — сплетни, что у кого с кем и как. Мир стал большой замочной скважиной. Но любить всерьез стало убыточно, немодно и неэффективно. С переходом к цифровому карантину чувств — и слова любви внезапно улетучились. Остались смайлики. Давно вы слышали волшебные признания в любви? Все разучились. А у кого и где учиться?

Боярская, Раппопорт и Полозкова читают любовные письма обитателей питерских домов

Есть у кого и где — послушайте. Сто лет назад поэт Бальмонт, волнуясь, выводил в письме слова знакомой Людмиле Вилькиной: "Я счастлив тем, что Вы так красивы. Я испытываю блаженство от сознания, что я видел воплощение красоты". Никто не говорит, что было просто: и она, конечно, замужем — но и поэт не врал, писал, как дышит.

Или вот так, с большими буквами и тайнами, обезоружил Любу Менделееву юноша Александр Блок: "Я не могу без Тебя жить ни здесь, ни там. Ты Первая моя Тайна и Последняя Моя Надежда". Так ведь у них потом не жизнь — сплошные снежные заносы. Но ведь слова останутся — как путеводный знак судьбы.

Загадочная Elle напишет символисту Брюсову: "Милый Валерий, решитесь согрешить, — напишите мне "искреннее" письмо". И Брюсов ведь не устоял. Решился.

Ни одного дежурного признания. Слова как головокружения. За каждой строчкой — поворот судьбы, вполне земной, но и такой небесный. Такие письма делают людей бессмертными — и не одних поэтов. В них по-прежнему живут Он и Она, их дом, их улица, их город. Их Время.

"Любовные письма" — так незатейливо назвал свой аудиовизуальный проект режиссер Семен Александровский, создатель независимого петербургского Pop-up театра и лауреат "Золотой маски". Как погрузился в эти чувства, письма, время — так и не вынырнул. В пятницу, 8 октября, проект запущен. Он, по сути, как путеводитель по Петербургу — городу любви. Можно идти по городу и слушать голоса из писем — авторы присутствуют незримо, даже если жили сотню лет назад. Разве что за них письма любви прочитают актрисы Ксения Раппопорт, Елизавета Боярская, Варвара Шмыкова, поэт Вера Полозкова, драматург Михаил Дурненков и многие другие петербуржцы.

Александровский объясняет, почему надо ходить и слушать: "В моем Pop-up театре мы всегда используем город как площадку, играем спектакли на улице, в парках, музеях. И всегда контекст места начинает работать на спектакль, открывая новые смыслы".

Что нужно для того, чтобы прочувствовать историю домов и закоулков, в которых жили и бродили и большие художники, и цари со свитами, и вечные революционеры? Надо услышать их. Для этого — решил Александровский — нет ничего точней любовных писем. Они и чувственны, и друг на друга не похожи. "Магия этих писем, — убежден режиссер — в том, что помимо слов любви они наполнены контекстом эпохи, быта, событий". Здесь про свою любовь — но мимоходом пушки промелькнули за окном. Или забастовщики трамвай переворачивают.

И вот ты стоишь перед домом, который совсем не изменился с тех пор, видишь ту же потрескавшуюся штукатурку, барельефы — и слышишь голоса тех, кто здесь жил. "И вдруг начинаешь сопереживать вместе с тем, кто когда-то сидел за этими окнами и писал слова, которые сейчас слышишь у себя в наушниках. С тем же Федором Достоевским, например, который только что заложил последнюю жилетку, чтобы расплатиться с авторами журнала… И у тебя будто уже своя история взаимоотношений с автором письма и с этим местом", — это замысел Александровского.

Его театр давно ушел от традиционной связки актер-сцена-зритель. Используя современные технологии, видео и аудио, он создает новый жанр, превращая весь город в сцену, а зрителей — в соучастников действа. Так что у каждого в сознании рождался свой спектакль. "Таков мой метод, — не скрывает режиссер. — И этот проект — про взаимоотношения между людьми, про культурное осмысление нашей истории и среды, в которой мы находимся".

Героями его "Любовных писем" стали — Александр II и княгиня Екатерина Долгорукова, Иван Тургенев и Полина Виардо, Антон Чехов и Ольга Книппер, Зинаида Гиппиус и Аким Волынский, Леонид Андреев и Алиса Коонен, Лиля Брик и Владимир Маяковский. На момент запуска пользователям доступно около ста исторических писем, но их количество сразу начнет расти. Загружать их продолжит команда проекта — и, между прочим, появятся личные истории горожан. Бережно хранимые в семейных архивах письма родителей, бабушек и дедушек легко впишутся в один ряд с письмами известных людей, уверен Александровский. Из этих сотен и тысяч писем любви должна получиться огромная человеческая история города, рассказанная самими горожанами. Из писем сложатся самые неожиданные комбинации. На любовное послание княгини XVIII века ответит сантехник из 1930-х годов. Пушкин вступит в романтическую переписку с сотрудницей современного ЗАГСа.

Как стать участником перфоманса? Нужно скачать мобильное приложение "Любовные письма" (Love Letters Walk) и отправиться с ним в путь по Петербургу, прислушиваясь к голосам. Хотя гулять под эти письма можно и виртуально. Лишь бы остались чувства и слова — настоящие.

Голоса из писем

Александр II — Екатерине Долгоруковой, 1868:

Боярская, Раппопорт и Полозкова читают любовные письма обитателей питерских домов

Фото: предоставлено пресс-службой Pop-up театра

"Домой я возвратился совершенно без ума от тебя, мой обожаемый ангел. Ты должна была видеть это в моих глазах, как я увидел то же в твоих. Мы вновь едва сдержались, чтобы не броситься друг другу в объятия. Скажи, что ты сделала со мной? Меня опять тянет к тебе с такой силой, что я не знаю, что делать".

Ольга Книппер — Антону Чехову, 1901:

Боярская, Раппопорт и Полозкова читают любовные письма обитателей питерских домов

Фото: предоставлено пресс-службой Pop-up театра

"Милый мой, родной мой, дорогой мой, мне хочется тебе много ласковых слов наговорить, чтоб ты не сердился, что актриска твоя засохла в Питере, что пишет тебе такие противные сухие письма. Я немного закрутилась. Мне стыдно за мои письма, ужасно стыдно! Они все не окрашены чем-то моим, нет в них моей души, моего тепла, и я знаю, что ты это чувствуешь и благородно молчишь. Какой ты хороший, Антон!"

Лиля Брик — Владимиру Маяковскому, 1918:

Боярская, Раппопорт и Полозкова читают любовные письма обитателей питерских домов

Фото: предоставлено пресс-службой Pop-up театра

"Настроение из-за здоровья отвратительное. Для веселья купила красных чулок, и надеваю их, когда никто не видит — очень весело!"

Владимир Маяковский — Лиле Брик, 1918:

"Дорогой, любимый, зверски милый Лилик! Отныне меня никто не сможет упрекнуть в том, что я мало читаю, — я все время читаю твое письмо. Не знаю, буду ли я от этого образованный, но веселый я уже".

Еще из писем

Федор Достоевский — Анне Достоевской, 1873:

"Ну а что я без тебя-то буду, если недели три-четыре придется не увидать? Друг мой, не знаешь ты, как я тебя люблю. (Зачеркнута одна строчка). Но что об этом. Крепко обнимаю тебя и цалую (хотя эти поцалуи в письме ничего не стоят). Повторяю, я без вас жить не могу".

Зинаида Гиппиус — Акиму Волынскому, 1895:

"Вы мне необходимы, вы — часть меня, от вас я вся завишу, каждый кусочек моего тела и вся моя душа. Я говорю полную правду. Ваша любовь — если она такова, какой я ее хочу, а она такова — дает мне веру в божественное, и она одна — а без веры, вы знаете, жить нельзя".

Владислав Ходасевич — Анне Ходасевич, 1922:

"Милый мой Пипик,.. сижу у Наташи — и вдруг что-то очень мне стало жаль тебя: как ты там прыгаешь без муфточки? Купил ли себе перчаточки? Сыт ли? Не болен ли? Много всякой шушеры возле Пипика — а кто его пожалеет? Один Медведь, которого Пип не жалеет вовсе. Маленький мой человечек, я очень люблю тебя навсегда, хоть ты и ничтожное существо. Пойми, родной, что вся моя боль, вся жалость, все доброе, что еще осталось во мне, — навсегда к тебе. Другим — мои стихи, разговоры, — а тебе — просто я, такой, каким хотела бы меня видеть мама".

Осип Мандельштам — Надежде Мандельштам, 1925:

Надичка, у меня кружится голова — так я хочу тебя видеть. А ты купила дыньку в Мелитополе? Дета моя, радуйся жизни, мы счастливы, радуйся, как я, нашей̆ встрече. Господь с тобой̆, Надичка. Спи спокойно. Помни советы мои, детка: 1) к доктору, 2) лучший̆ пансион, 3) мышьяк и компрессы".

Кстати

Одновременно с петербургской премьерой первый локальный проект стартует в Красноярске — там его создали совместно с Музейным центром "Площадь мира". А в будущем проект может расширить географию. Свои неповторимые истории любви — везде.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть