Книга «Мои олимпийцы» расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Книга «Мои олимпийцы» — рассказы о чемпионах и призерах Олимпийских игр до 1912 года. Когда олимпийский спорт еще не был многомиллионным бизнесом, но уже был ареной столкновения судеб, порою трагических. Многолетние поиски в архивах, встречи с потомками российских олимпийцев, завоевавших медали Олимпиад, запросы в Международный олимпийский комитет и работа в Олимпийском музее в Лозанне… Автор, кандидат педагогических наук Елена Долгополова смогла найти новые факты биографий спортсменов, поведать об их жизни до и после событий 1917 года. Подчас трудной, несчастливой, иногда трагической.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

К закрытию Олимпиады — фрагмент книги историка Елены Долгополовой о российских участниках первых Олимпиад, посвященный Петру Соколову — футболисту, ставшему шпионом, а также предисловие Шамиля Тарпищева.

Книга "Мои олимпийцы" — рассказы о чемпионах и призерах Олимпийских игр до 1912 года. Когда олимпийский спорт еще не был многомиллионным бизнесом, но уже был ареной столкновения судеб, порою трагических. Многолетние поиски в архивах, встречи с потомками российских олимпийцев, завоевавших медали Олимпиад, запросы в Международный олимпийский комитет и работа в Олимпийском музее в Лозанне… Автор, кандидат педагогических наук Елена Долгополова смогла найти новые факты биографий спортсменов, поведать об их жизни до и после событий 1917 года. Подчас трудной, несчастливой, иногда трагической.

Серебряный призер Олимпиады полковник Павел Войлошников расстрелян в Иркутске как враг народа. Другой серебряный медалист Олимпиады 1908 года Александр Петров становится в СССР известным врачом, призер Игр в стрельбе, инженер Амос Каш борется за внедрение своих изобретений, живя едва ли не в нищете. А футболист сборной России Петр Соколов становится шпионом и коллаборационистом, и проживает три жизни. О нем — публикуемая глава.

Шамиль Тарпищев, член Международного олимпийского комитета, президент Федерации тенниса России.

Первые трудные строки

Книга Елены Долгополовой "Мои олимпийцы" неожиданно стала для меня откровением. С удовольствием не пролистал, а прочитал ее, написанную легко, изящно. И картина представилась полная, порой радостная, часто — грустноватая. Совершить что-то первым всегда сложно. Тут много "а вдруг…". Вдруг не удастся. Или удастся, да не поймут. А если поймут, то не так. Это — и о первых шагах нашего российского олимпийского спорта. Трудных, не очень подготовленных, но все равно в 1908 году на первой для нас Олимпиаде сделанных. Надо было начинать, и поехали в Лондон. Читал немало о первом нашем олимпийском чемпионе Панине-Коломенкине. Но тут предстает перед нами не атлет-глыба без нервов и сомнений, не безупречный денди-фигурист, а человек мятущийся, сомневающийся, до конца долгих дней своих к любви стремящийся. Ему трудно. Всю жизнь давят — и при царе-батюшке, где на спортсменов смотрели с некой иронией, предубеждением. И уж при советской власти точно — когда сначала было совсем не до спорта, а потом этот спорт стали раскладывать по полочкам — буржуазный, нам не нужный, типа фигурного катания. Или нашенский, в котором совсем немолодой олимпийский чемпион по фигурному катанию выиграл Первую Всесоюзную спартакиаду 1928 года в стрельбе. Панин, вынесший все испытания и в олимпийском Лондоне, и в Стране Советов видится и показан героем, достойным подражания. Огромное количество архивов перелопачено и обработано, множество новых фактов обнаружено и обнародовано. Меня тронул эпизод спасение умирающего от голода Панина из блокадного Ленинграда. Помог первый секретарь обкома тов. Жданов, обычно упоминаемый в нашей периодике лишь с прилипшим к нему негативом.

С интересом прочитал об Александре Петрове — серебряном призере Олимпийских игр 1908 года в борьбе. Доктор и врачеватель, купеческий сын, перешедший на сторону советской власти. Прославился не только на ковре, но и работой в студии знаменитого театрального режиссера Всеволода Мейерхольда.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Александр Петрович Петров (1876 — 1941) — российский греко-римский борец, серебряный призер Олимпийских игр 1908. Фото: wikipedia.org

Участники первых для нас Олимпиад оказались людьми разносторонними. Но как трудно было выживать тем, кто в 1912 году на Олимпийских играх в Стокгольме взял первые для нас медали в стрельбе. Четверка блестящих офицеров Павел Войлошников, Амос Каш, Георгий Пантелеймонов, Николай Мельницкий достойна лучшей участи, чем на ее долю выпала. Войлошников расстрелян в год Большого террора, Пантелеймонов и Мельницкий умерли в эмиграции. И лишь Каш скончался дома, на Родине. В бедности, в "уплотненной" — бывшей своей квартире, в вечном поиске лишней копейки.

Даже не представляю, как удалось Елене Фёдоровне Долгополовой найти родственников этих своих, а теперь и наших, героев. Прошло больше века. Но, оказывается живы потомки. Пусть в красной коробочке, где хранилась серебряная медаль Каша, другая награда: ведь серебро в дни голода отдано в Торгсин и обменяно на хлеб. Но память осталась. Она и в этой книге теперь точно зафиксирована и точно не исчезнет, как исчезло у нас многое. Или прочитайте переписку приговоренного к расстрелу Войлошникова. Какая борьба идет, уже не за медали, лишь за право попытаться выжить, отсрочить кончину. Но она, смерть — неминуема.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Российские наездники на олимпиаде-1912. Первый слева — вел. кн. Дмитрий Павлович. Фото: журнал "Родина"

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Стокгольм, 1912 год. Великий князь Дмитрий Павлович на соревнованиях. Фото: журнал "Родина"

В ином жанре — повествование об одном из лучших игроков первой национальной футбольной сборной Петре Соколове. Какой страшный путь проделал любимый петербуржцами защитник. Из футболистов — в диверсанты, в шпионы, в нацисты. И детектив заканчивается не так, как мы привыкли. Мерзавец изобличен и найден. Но не выдан и после Великой Отечественной. Дожил свой век в Швеции, в той самой, где в 1912-м выступал на Олимпиаде за Родину, за Россию, от праведного гнева которой до самой смерти скрывался и скрылся. Но это я невольно и чисто по-спортивному о чемпионе и призерах. А великий князь Дмитрий Романов на пьедестал не попал, но был первой царственной особой в Олимпийских играх участвовавший. Какая у него судьба. Олимпиада, Первая мировая война, эмиграция, длительный роман с и ныне незабытой Коко Шанель с ее вечно популярными духами "Шанель №5", возможно, как раз князем так и названными. Всех героев не перечислишь. Зато ко всем у автора Елены Долгополовой отношение трогательное, уважительное. "Мои олимпийцы" — это действительно ее олимпийцы с судьбами, которые стали и нам понятнее и ближе. Думается, книга полезна, пригодится многим. И просто болельщикам, спорт любящим. И молодым студентам, аспирантам, ученым — специалистам, изучающим нескончаемую историю спортивного движения и наш российский вклад в развитие международного олимпизма.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Елена Долгополова. "Мои олимпийцы"

М: "Кучково поле", 2021 — 192 с.

"Очень опасен защитник Соколов"

На фотографии волевое лицо. Прямой, выточенный нос, брови с изломом и прищур глаз прямо в тебя целящихся. Его имя Петр Петрович Соколов. Он окончил престижную петербургскую гимназию имени Александра I, юридический факультет, стал известным футболистом. Перед пробитием штрафных и угловых ударов имел привычку сплевывать на поле, за что и получил прозвище "Петя — сплюнь!".

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Петр Петрович Соколов. Фото: журнал "Родина"

Быть может, эта привычка появилась, когда 15-лений гимназист начал играть в футбол. И однажды сделав этот жест, неприемлемый для мальчика из приличной семьи статского советника, удачно забил свой первый гол. А дальше пошло как суеверие. Он был хорошо образован, в спортивных кругах известен не только как талантливый футболист, но и борец, боксер.

Характеристика футболиста Соколова из дореволюционной прессы: "Игрок высокого класса. Отлично бегает при отражении атак противника. Дает мастерские удары с заворотом. Умело принимает мяч на голову, не теряется даже в самые опасные моменты".

"Мастер забивать голы с пенделя. Почти 99 проц. верных попаданий. Участвовал почти во всех международных матчах сборной команды России".

Петр выступал за клубы "Удельная" и "Унитас" до 1917 года. Был обладателем Весеннего кубка с 1911 по 1913 годы, в 1912 году стал чемпионом России и Санкт-Петербурга.

Меценатами и фактическими хозяевами клуба "Унитас" числились богатые промышленники из Великобритании, проживающие в Санкт-Петербурге.

Его отобрали в команду на Олимпиаду 1912 года. Правда, он рассчитывал быть капитаном, но не вышло. Играл в защите. Перед Олимпийскими играми Георгий Дюперрон, наставник сборной, занимавший ключевые посты во Всероссийском футбольном союзе и Российском олимпийском комитете, предрек: "Команда подготовлена настолько, чтобы проиграть с честью".

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Сборная команда "России". Фото: журнал "Родина"

В четвёртый раз соревнования по футболу были включены в олимпийскую программу. В турнире участвовали 11 команд из Европы. Организатором выступила Шведская футбольная ассоциация.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Петр Соколов. Фото: wikimedia

В этой книге я уже рассказывала, что благодаря удачной жеребьевке наши футболисты сразу же попали в четвертьфинал, где играли с финнами. "Наконец выступили и наши русские В оранжевых рубашках с русским гербом на груди, в синих брюках, наша команда впервые выступала вне пределов России. До хавтайма нападают все время русские. Игру финляндцев прямо-таки не узнаешь. Куда делась вчерашняя хорошая игра с планомерным нападением, хорошо работавшей защитой? Финляндцы играли до того скверно, что казалось — они проиграют России. Инициативу игры в первой половине взяли в свои руки русские,- будь команда несколько сыграннее ей, пожалуй, удалось бы играть и в третьем круге (полуфинале). Но… у нас всегда бывает это "но": русская команда не выиграла. На 34-й минуте Фаворский берет мяч, мяч отскакивает недалеко от его груди, и правый inside финляндцев Виберг забивает гол.

На 72-й минуте капитан сборной Василий Бутусов сравнял счет, внеся мяч в ворота соперников грудью, частые атаки россиян были плохо налажены. Несыгранная линия форвардов, где было три москвича и два петербуржца, никак не могла найти общий язык. Несмотря на это, моменты у нашей команды возникали — Василий Житарев зарядил в штангу, неутомимый Бутусов сотряс каркас ворот. А затем наступила развязка. Второй гол, который решил судьбу встречи, финны неожиданно провели минут за десять до конца. После удара метров с пятнадцати голкиперу Льву Фаворскому и защитникам показалось, будто мяч уходит за пределы поля. Но случилось невероятное: внезапный порыв ветра круто изменил траекторию его полета — он ударился о дальнюю штангу и предательски закатился в ворота".

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Петр Соколов первый слева в верхнем ряду. Фото: wikimedia

Команда России сыграла в Стокгольме только два матча. Причем второй — утешительный.

"На следующей день российские игроки провели этот утешительный матч с командой Германии, которая также выбыла из борьбы. Встреча на стадионе "Росунда" при двух тысячах зрителей закончилась полным фиаско. Российская команда проиграла с разгромным счетом 0:16.

Уже к девятой минуте немцы забили три гола. По одной из легенд, после кошмарного начала москвичи и петербуржцы демонстративно перестали пасовать друг другу. Неудивительно, что это привело к такому печальному результату. Эту игру назвали "страшным поражением".

"Игра на "Утешительный" кубок дала России мало утешения. Поражение 16:0 — высокий рекорд этих Олимпийских игр. Против России германцы выставили не лучших своих игроков, и только форварды взяты все сыгранные (из одного клуба Карльсруэ). Тихий бег русских игроков, медленная тактика, если вообще она была у русских, позволили Германии забивать нам гол за голом. Все три наших хавбека (петербуржцы Хромов, Уверский, Яковлев) задались целью держать одного центр — форварда и действительно в этом преуспели. Но оставленные без внимания остальные 4 форварда легко обыграли наших тихих, сравнительно с заграничными, беков, и, несмотря на довольно удачную игру голкипера Фаворского, вбили в обеих половинах игры поровну по 8 сухих голей".

Голи следовали в таком порядке по минутам: 1,5 м.; 6 м.; 10 м.; 21 м.; 27м.; 28 м.; 29 м.; 31 м. — итого 8:0. Второй тайм: 1 м.; 6 м.; 8 м.; 9 м.; 11 м.; 20.; 21 м.; 23 м. — итого 8:0. Общее поражение 16:0.

Прогноз Дюперрона не оправдался. Вылетели с треском. В российской прессе появились серьезные статьи с анализом плачевного выступления нашей команды. Вот выдержка одной из них.

"Главный недостаток нашей сборной команды — полная ее не сыгранность. Ей пришлось сыгрываться уже в Стокгольме на решительных матчах. Можно усомниться в том, что выступление русских футболистов на Олимпийских играх было разумно организовано. На всех играх прекрасные судьи. Они всегда у мяча, видят ошибки и немедленно свистят. Здесь совершенно запрещены наши толчки. Голкипера вовсе нельзя толкать. У нас же постоянно стараются свалить голкипера, — и получается дикая игра. Запрещение толкать игроков поднимает технику игроков. Сравнение игры русских команд с заграничными, к сожалению, показывает, что мы — еще дети в футболе, но… уже грубые дети".

Самым грубым в команде был 21-летний Петр Соколов. Он шел всегда напролом и был в таких ситуациях очень недружелюбен. "Среди любителей футбола он имеет почти равное число друзей и недругов. Последнее ставят ему в вину то, что многие игроки боятся к нему близко подходить".

И все равно ему сулили блестящую футбольную карьеру. Но все разом изменила война и революция. В разгар Первой мировой он решил идти на фронт. В 1917-м закончил 3-ю Петергофскую школу прапорщиков. Но на боевые действия не успел. Началась Февральская революция, а за ней — Октябрьская. Временное правительство не справлялось с анархией. Расстрелы, конфискация, разруха. И вся власть Советам. Рабочим отдали заводы, крестьянам — землю.

Монархист Соколов смотрел на новый мир с ненавистью. И принял решение бороться. Ему было все равно с кем идти, главное он знал против кого. Год 1918-й стал переломным. В Петрограде Петр вступает в белогвардейскую организацию, связанную с английской разведкой. И получает первое задание. Доставляет в оккупированный англичанами Архангельск нужные им сведения об обстановке в революционном Петрограде.

Бесстрашный, образованный и убежденный, да еще с железными нервами. Это же находка для разведки. Петра сразу же приметили иностранные спецслужбы. Новое задание было сложнее. Он отправился в Стокгольм, затем в Гельсингфорс (Хельсинки) на встречу с резидентом британской разведки капитаном Эрнстом Бойсом, который поручил русскому важное дело. Петр стал связным между разведпунктом в финском городке Териоки и резидентом — нелегалом в Петрограде Полом Дюксом.

Соколов получал от новой работы удовольствие. Много раз незримо для советских пограничников переправлял нужных людей на катере, оснащенным самолетным двигателем со скоростью 40 узлов. Или лесом переходил советско — финскую границу. Отличился тем, что спас от ареста раскрытого резидента англичанина Пола Дюкса.

Пол Генри Дюкс (10.2.1889 — 27.8.1967 гг.) известен как "человек с сотней лиц", с 1918 года тайный агент британской разведки (Агент ST 25). Используя свой артистизм, сумел проникнуть в режимные учреждения (Политбюро ЦК ВКП(б), Коминтерн, ВЧК). Разрабатывал и организовывал сложнейшие схемы побегов борцов с советским режимом через Финляндию на Запад для последующего использования в интересах спецслужб. Умен, храбр, красив, настоящий ас постельной разведки (безразлично с кем: женщинами или мужчинами), — так характеризовали этого агента. Король Англии Георг V посвятил его в рыцари, назвав "величайшим из воинов".

Конечно, спортивная закалка пригодилась новоявленному шпиону Соколову, работавшему под оперативным псевдонимом Голкипер. Петр учился ходить по лезвию бритвы. Тем более учители были подходящими.

Засвеченный англичанин Дюкс, прячась от преследования, семь дней ночевал в склепах на Смоленском кладбище Петрограда, ожидая Соколова. Они сели в поезд, идущий в Белоостров. Все было спокойно, как вдруг по вагонам разнеслось: "Проверка документов!" Решение приняли мгновенно. На полном ходу спрыгнули с поезда и сутки провели в лесу, даже не разжигая огня. Убедившись, что преследования нет, пешком добрались до Белоострова. Соколов, зная тайные тропы в Финляндию, переводит Пола через границу по течению реки Сестры. Эта операция добавила в биографию русского определенный авторитет перед спецслужбой Великобритании. Его повышают — он уже руководитель разведпункта в Териоки (ныне Зеленогорск).

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Ученик и его шпион-наставник (Петр Соколов и Пол Дюкс). Фото: журнал "Родина"

Петр на своем катере совершал бесчисленные рейсы между Териокой и Петроградом. Перевозил литературу, флакончики с быстродействующим ядом, фальшивые керенки…

Только однажды чуть не попался. Этот рейс стал последним в его жизни. Артиллеристы Кронштадта доложили штабу обороны города, что обстрелы таинственного быстроходной лодки безрезультатны. На самом деле они достигли цели. Катер затонул вместе с командиром экипажа. Только Соколову повезло — он единственный доплыл до берега.

Наши спецслужбы не бездействовали. Биография неуловимого агента им известна. В декабре 1924 года на стол к начальнику Контрразведывательного отдела (КРО) ОГПУ А.Х. Артузову легло очередное донесение из Гельсингфорса. "По наружному виду ему около 35 лет, — сообщал источник ОГПУ. — Служил офицером в старой армии. В период 1919 — 1922 годов служил в английской разведке и ходил курьером в СССР. В 1922 году купил дачу в пяти километрах от Териоки, где сейчас и проживает, женившись на дочери териокского купца Носова. В данное время делает вид, что политикой не интересуется, а занимается крестьянским хозяйством, ходит в рваном костюме и даже не отказывается от поденной работы".

Деятельностью Голкипера заинтересовались и финские спецслужбы. Тайво Салокорпи, отвечающий за разведку против России, берет ценного агента на работу. Под крылом финнов ему многое дозволяется.

Говорят, что Соколов никогда не мог пройти мимо мальчишек, играющих в футбол. Он сразу же включался в игру. Петр в 1923 году даже создал свою футбольную команду "Териоки" из русской эмигрантской молодежи. Он оказался хорошим психологом. Футболисты уважали и, главное, доверяли ему. А бывший защитник наблюдал за каждым и вдалбливал ненависть к советскому строю. Потом из этих юношей тренер вербовал новую команду — уже совсем не футбольную для нелегальной работы в СССР.

К нему примкнули одноклубники по "Унитас" — футболисты Антон Хлопушин, потом и его брат Георгий. Агенты Соколова не только шпионили на английскую разведку, но и не брезговали контрабандой. В СССР доставляли дефицит — от иголок до техники. В Финляндию же везли антиквариат и золото. Помогали переходить границу нелегальным беженцам. Родственники историка Ю. Гессена и ювелира А. Фаберже тоже воспользовались их услугами.

В середине двадцатых годов началась кампания против англо — финских шпионов. Советские газеты особенно подчеркивали роль предателя Соколова. Писали, что белогвардеец Соколов снабжает диверсантов оружием, фальшивыми документами и деньгами.

Аресты футболистов — диверсантов особенно активно шли в 1927 году. Георгий Хлопушин был осужден на 10 лет по "делу 26-ти английских шпионов", а дальше бесследно сгинул в ГУЛАГе. По тому же делу арестованы питерский футболист "Унитас" Александр Иосифович Ольшевский и выступавший когда-то за клуб "Спорт" Николай Игнатьевич Никитин.

Есть данные, что чекисты неоднократно пыталось через родственников Соколова склонить его к сотрудничеству, однако получали неизменный отказ. Но после разоблачения посланных в нашу страну шпионов власти СССР потребовало выдворения Соколова с Карельского перешейка. Финляндия выполнила этот ультиматум: Петр Петрович Соколов один без жены Марии, двух дочек и своего денщика Антона Янушкевича перебрался в Хельсинки.

Финляндское правительство, давая приют русским беженцам, относилось к ним благосклонно, лишь требуя невмешательства во внутренние дела страны. Антикоммунистическая деятельность приветствовалась, пока она не переходила в активные выступления против советской власти, с которой Финляндия была связана Юрьевским договором (1921 г.).

По совпадению Соколов жил на улице Спортивной, где из окна его квартиры был виден стадион. Совсем рядом находилась табачная фабрика, которую называли "эмигрантской академией". Фирменные папиросы "Рабочий" делали выходцы из России. Соколов работал на табачной фабрике грузчиком. Нет, Петр Петрович совершенно не нуждался. Ему хорошо платили. Не только за шпионскую работу, но и за агитацию среди соотечественников, активное участие в эмигрантских обществах и присмотр за русской молодежью.

Бывший защитник национальной сборнй, теперь член "Русского общевоинского союза", "Братства русской правды" (антисоветская организация монархически черносотенного толка), "Союза младороссов". С 1931 года возглавлял белогвардейскую организацию "Иван Сусанин", участвовал в работе "Нового русского правительства", редактировал эмигрантскую газету "Русское слово", был председателем "Русского благотворительного общества". И даже успевал петь в хоре.

Особенно востребованным финскими спецслужбами стал во время советско — финской войны 1939 — 1940гг. Шпион Соколов досконально просчитывал действия своих врагов, изводя ленинградских чекистов. Он придумывал разнообразные способы нелегального перехода тщательно охраняемой границы. Ему везло, как заговоренному.

В ноябре 1939 года произошла неожиданная встреча. У дома на Петроградской стороне столкнулись лицом к лицу появившийся из небытия Соколов и, обомлевший от такого рандеву, знаменитый футболист Михаил Бутусов. (Петр Соколов играл в одной команде со старшим братом Михаила — Василием Бутусовым).

"Открыв рот при виде этого человека… он знал, что тот находится в эмиграции много лет и что он белогвардейский офицер… он с ним, обомленный, поздоровался, тот ему кивнул головой и убежал в какой-то проходной".

Супруга Бутусова вспоминала, что еще никогда не видела своего мужа таким бледным и растерянным. Как сигнал бедствия Михаил приказал домочадцам: "Закройте все двери, никому не открывайте, не отвечайте на звонки. В городе Соколов!"

Видимо, его, правда, очень боялись. И на это были веские причины. Я не знаю, сколько жизней загубил Соколов. Приведу лишь еще одну выдержку из характеристики шпиона. "Честолюбивый, властный, жестокий, двуличный человек, способный на любые деяния ради своих интересов. Хороший актер в жизни. Умеет представлять из себя добродушного, веселого, компанейского человека. Хитрый, опасный и сильный враг. Пользовался большой популярностью среди эмигрантской молодежи, знавшей его только с одной стороны, как боксера, борца, тяжелоатлета и отличного футболиста. Организовывал эмигрантскую молодежь в спортивные, театральные и хоровые кружки, при этом сам имел хорошо поставленный голос… Тщательно конспирирует свою личную жизнь и семейное положение. Спиртные напитки употребляет умеренно, женщинами не увлекается. Всегда имеет при себе пару браунингов, хороший большой нож и морскую свайку".

В конце 1939 года Соколов в звании капитана допрашивал советских военнопленных и служил в отделе пропаганды Главного штаба финской армии. Он же редактировал газету "Северное слово" для военнопленных (до сентября 1944 года). Готовил листовки, к которым красноармейцам на нашей, советской стороне, категорически запрещалось даже прикасаться. Агитки были цветастые. Финны дорогих красок не жалели.

Вот одна такая. На алом фоне изображены красноармейцы с поднятыми вверх руками. Сверху аршинными буквами "Через плен к свободе!" И внизу соответствующая зазывная надпись "У финнов тепло и сытно!" Потом пришла звуковая агитация. Уверенный бас Петра Соколова, диктора финской радиовещательной компании "Лахти", раздавался по всей линии фронта. Он начинал каждое свое выступление словами: "Слушайте! Слушайте! Говорит Финляндия. Красноармейцы…" И дальше вещал о неправедной войне, затеянной сталинской верхушкой… Его так и прозвали "Слушайте". В эмигрантских кругах Петра считали лучшим русскоязычным радиокомментатором в Европе. На противоположной стороне в красных войсках он получил прозвище "Белый чекист".

Весной 1942 года служба Би-Би-Си, отслеживающая пропагандистское воздействие, пришла к выводу, что финская пропаганда на русском кардинально отличается по содержанию от других стран, захваченных Гитлером. Она качественней и в ней "сильный русский дух".

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Петр Соколов в радиоэфире. Фото: wikipedia.org

Финны проиграли в этой войне. 12 марта 1940 года в Москве был подписан мирный договор между СССР и Финляндией.

Однако Финляндия начала готовиться к реваншу.

22 июня 1941 года подразделения финской армии совместно с частями вермахта вторглись на советскую территорию. Петр Соколов, не прекращая своей работы в финском Главном штабе и на радио, стал сотрудником немецкой военной разведки (абвера).

Конечно, он рассчитывал, что немцы захватят Ленинград. Его даже включили в состав зондеркоманды "Ленинград", перед которой поставили задачу войти в город вместе с частями немецких войск и вывезти архивы областного комитета ВКП(б) и Управления НКВД.

Зондеркоманды — оперативные специальные команды на оккупированной территории, которые должны были выявлять и ликвидировать партийный и комсомольский актив, евреев, советских партийных работников, сотрудников НКВД, армейских политработников и офицеров, бороться с проявлением антинемецкой деятельности.

Через Эстонию разведчик подобрался совсем близко к когда-то родному городу. Но планы немцев, а заодно и Соколова, рухнули. Ленинград не сдался.

Бывший связник Пола Дюкса до последнего не терял надежду вернуться в поверженную Россию. Поэтому на оккупированной фашистами территории — северо-западной части СССР он с энтузиазмом помогал создавать абверовские разведшколы в эстонских поселениях Кумна, Летсе и Кейла-Юа.

По его плану в 1942 году была организована разведшкола и в оккупированном Петрозаводске: советских военнопленных натаскивали для заброски за линию фронта. Соколов, работавший на английскую, финскую, а потом и на немецкую разведки, делился опытом, раскрывал методы НКВД и даже знакомил слушателей с историей коммунистической партии ВКП(б).

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Финская разведшкола в Петрозаводске, где преподавал П. Соколов. Рисунок курсанта школы А.В. Анкудовича. Июль 1942 года. Фото: журнал "Родина"

С курсантами говорил поставленным голосом, не терпящим возражений. У будущих диверсантов представительный господин "Кольберг", или господин "Симолин", или "Соловьянов", или "капитан Эриксон", или господин "Соколовский" (такие псевдонимы брал шпион) вызывал трепет и уважение. Он умело поддерживал свой имидж благодаря интеллекту, умению общаться и, конечно, благодаря спорту. На фотографиях, даже в пальто, чувствуется осанка и мощный разворот плеч.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Фото: журнал "Родина"

У высшего финского, а потом и немецкого руководства он пользовался авторитетом. Во время Второй мировой войны Соколов часто приезжал в Германию. Ему организовали встречу с перешедшим на сторону Гитлера бывшим советским генералом А.А. Власовым. Они нашли общий язык. И бывший защитник пошел на повышение. Власов назначил Соколова руководителем Северного отделения, так называемой, Русской освободительной армии (РОА). Ему предложили подбирать из советских военнопленных солдат для РОА. Поставленная задача активно выполнялась..

Наша контрразведка безрезультатно искала Петра Соколова. Директивой СМЕРШ (сокращение от "Смерть шпионам!") и НКГБ СССР он был объявлен во всесоюзный розыск как особо опасный государственный преступник, подлежащий при обнаружении немедленному аресту. Во все органы госбезопасности и внутренних дел была направлена ориентировка с указанием его примет. Соколов был одним из первых в списках СМЕРШа.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Розыскное дело П.П. Соколова. Фото: журнал "Родина"

Катастрофическое поражение на советско — финском фронте заставило Финляндию выйти из войны в сентябре 1944 года. 20 апреля 1945 года министр внутренних дел Финляндии коммунист Юрьё Лейно был вызван в действующую в Финляндии Союзную контрольную комиссию, возглавляемую А. Ждановым. Министру Лейно вручили список из 22 человек, "виновных в совершении военных преступлений, проводивших по заданию немцев шпионскую и террористическую деятельность против Советского Союза", с требованием задержания и передаче СССР. Среди них Петр Соколов.

Наступало время расплаты. У Соколова был поистине собачий нюх, который никогда не подводил. Он понимал, что проиграл. Отчетливо представил, как финские власти выдадут его СССР. А там будет суд, и, как военного преступника его расстреляют. Пригодились наставления Пола Дюкса: "Когда чувствуешь угрозу, уходи, не прощаясь. Навсегда рви с людьми на этом уходящем этапе жизни". Он "потерял" контакты с финской разведкой, бросил семью и по заранее подготовленному маршруту в сентябре 1944 года ушел в соседнюю нейтральную Швецию. Обосновался в тихом провинциальном городке Энчёпинге, что в 70 километров от Стокгольма.

В 1945 году П.П. Соколов узнал, что был единственным из "списка Лейно", кто избежал выдачи СССР. О том, что он под наблюдением спецслужб не забывал до самого последнего часа.

Соколов женился на шведке Ютте Салин и начал новую жизнь в третьей раз. Теперь он стал Паулем Салиным. От этого брака родились двое сыновей. Проходила информация, что он стал интересен шведским спецслужбам. Наверное, так и было.

Но шли годы, и господин Салин зажил тихой жизнью обывателя. Только одно его беспокоило и мучило по ночам — вдруг за ним придут? Типичная болезнь шпиона со стажем.

А его отыскали. Через несколько лет адрес Соколова — Салина стал известен советским чекистам. Но нейтральная Швеция не выдавала перебежчиков. Бывший шпион из страха не выезжал за пределы своего последнего убежища. Работал в спортивном клубе массажистом. Скончался в 1971 году в возрасте 80 лет от опухоли мозга в Стокгольме, куда в далеком 1912 году впервые приехал защищать честь России на футбольном поле. На его могиле шведское имя и фамилия.

Дело шпиона Соколова было закрыто в 1954 году.

Книга "Мои олимпийцы" расскажет о чемпионах и призерах Олимпиад до 1912 года

Могила П. Соколова, в которой он похоронен под именем Пауль Салин вместе с женой Ютой. Фото: журнал "Родина"

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть